Как суды рассматривают споры о мнимых и притворных сделках — 8 кейсов
![](https://s0.rbk.ru/v6_top_pics/media/img/0/97/346974318058970.jpeg)
Арбитражные суды России на протяжении последних лет ежегодно рассматривают по 200–270 дел об оспаривании сделок по причине их мнимости или притворности. В 2023 году наметился некоторый рост числа таких споров: только за десять месяцев текущего года судами первой инстанции их было принято 264.
Справка
Мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.
Притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила.
Кейс 1. Реорганизация общества
В мае 2019 года в Москве умер, не оставив завещания, бизнесмен Виктор Мартынюк. Наследниками стали его вдова Марина Кислова, сын от брака с ней Максим Мартынюк, дочь от первого брака Евгения Сидорик и брат Михаил Мартынюк (унаследовавший долю их матери, пережившей сына только на четыре месяца и оставившей завещание в пользу второго сына). Основным же активом, вошедшим в наследственную массу, оказалось ООО «Аллюр», на балансе которого была база отдыха «Арго» в Солнечногорском районе Подмосковья и здание универсама «Виктория» в Северо-Восточном административном округе Москвы. Компания была личной собственностью покойного, так как приобретена им до брака, и все четверо наследников получили в ней по 25% долей.
Однако столичный нотариус Дмитрий Бублий, который вел наследственное дело, в марте 2020 года (вероятно, из-за бушевавших тогда ковидных ограничений) совершил «техническую ошибку» и послал в налоговый орган заявление, в котором «забыл» указать двоих из четверых совладельцев общества. В результате налоговая получила сведения, что вдова Марина и ее сын Максим унаследовали по 50% ООО.