Профессор МГУ Маслов — РБК: «Китай всегда хватает то, что плохо лежит»
![Завод «Ямал СПГ»](https://s0.rbk.ru/v6_top_pics/media/img/3/48/346925365997483.jpeg)
Алексей Александрович Маслов — доктор исторических наук, профессор, директор Института стран Азии и Африки МГУ им. Ломоносова. Генеральный продюсер «РБК Инвестиции» Анна Кожухарь поговорила с ним об отношениях России и Китая. Профессор Маслов рассказал:
- что придет на смену модели опережающего роста в КНР,
- чем закончится торговое противостояние США и Китая и кто выйдет из него победителем,
- насколько реальна угроза экономической зависимости России от Китая.
Эти и многие другие темы — в интервью РБК.
«Мы почему-то все время пытаемся найти в Китае друга. Не надо это ожидать от Китая»
— Я часто слышу мнение, что Китай России не друг. Что китайцы заинтересованы исключительно в природных ресурсах. Есть коллективная фобия, что Россия в итоге может превратиться в сырьевой придаток Пекина. Насколько велик риск попадания России в экономическую зависимость от Китая?
— Риск существует, конечно. Раньше мы могли активно торговать и с ЕС, и с США, и с Китаем, играться на этих рынках. Сейчас ситуация ухудшилась. Но вопрос в другом: посмотрите, сколько вообще денег Китай вложил в Россию? Когда мы говорим о зависимости, это значит, что Китай должен контролировать какие-то большие части российского бизнеса. Сегодня все накопленные инвестиции из Китая в Россию составляют приблизительно $80 млрд, по оптимистичным подсчетам. Более реалистичные оценки, на мой взгляд, — $40 млрд. Если же мы посмотрим, сколько Китай вкладывал в США, например, то за один только 2017 год это от $40 млрд до $50 млрд, что сопоставимо с тем, что Китай всего вложил в Россию.
Контролирует ли Китай что-то на российской территории экономически? Мы знаем два проекта успешных — «Ямал СПГ» и «Арктик-2». Если посмотреть, сколько Китай вложил, например, в территории опережающего развития на Дальнем Востоке, — это копейки. Есть некоторые объекты, где Китай что-то строил. Но сказать, что Китай покупает что-то в России — порты, дороги — не приходится. И как раз мы были бы рады, если бы Китай побольше инвестировал.
Также надо понимать, что мы почему-то все время пытаемся найти в Китае друга. Не надо это ожидать от Китая, он развивается по своей траектории, у него своя повестка дня. Это значит, что Китай никогда не будет в ущерб себе помогать кому-то, в том числе и России. Сегодня российская и китайская траектории совпадают. Си Цзиньпин буквально еженедельно выступает, говоря о суверенитете технологическом, промышленном и т.д. Наши интересы тоже совпадают в этом плане. Поэтому говорить о том, что мы сейчас находимся под контролем Китая, не приходится.
Но мы сейчас находимся на первом этапе абсолютно нового качества экономических отношений, когда единственным крупным партнером является Китай. Китай — партнер № 1 по торговле; думаю, он будет в конце концов и по инвестициям партнером № 1. И дальше нам надо понимать, как этим воспользоваться. Самое простое — это просто принимать китайские деньги и превратиться в этом плане в африканские страны, которые уже подпали под китайское влияние.
Другой момент — это конвертировать деньги в знания. Когда-то Китай так же действовал. Я напомню, что то, с чего начинал Дэн Сяопин, — это лозунг «рынок в обмен на технологии». Приходите к нам, мы открываем вам рынок, 1,4 млрд человек готовы покупать вашу продукцию. Но вы не только деньги вкладывайте. Вы переобучайте наших инженеров, переобучайте менеджмент, стройте новые заводы, причем передовые на тот момент.
Если Китай сегодня приходит, например, с новыми технологиями автопроизводства, с новыми технологиями производства электроники, надо перенимать и на этой базе создавать свое производство. Если мы не сумеем конвертировать это в экономику знаний — да, конечно, мы попадем под полную зависимость от Китая.
Поэтому здесь все зависит не от Китая, а от нас. Китай будет всегда хватать то, что плохо лежит. Китай всегда будет агрессивно приходить на новые рынки. Китай всегда действует путем слияний и поглощений. Китай никогда не будет вкладывать в какую-то новую площадку.
— Мне кажется, что российский рынок и так уже китайский. Мы не можем предложить им рынок в обмен на что-то, потому что в структуре внешней торговли России на долю Китая приходится 25–30%. Технологиями китайцы тоже не стремятся с нами делиться.
— Правильно. Вообще надо понимать, что никто с нами из Азии делиться не будет. Китай не единственный потенциальный партнер для нас в Азии. Есть и Вьетнам, есть Индонезия, мы сейчас активно разрабатываем рынки Малайзии, Филиппин, Таиланда. Ни один из них не равен китайскому, но это альтернатива.
Не надо ждать, пока китайское предприятие или предприниматель внезапно придет и с радостью начнет вкладывать в российский рынок. Надо провести такую гигантскую работу, чтобы его привлечь, и это требует такого уровня профессиональных знаний, что мало кто на это отважится.